?

Log in

No account? Create an account

Александр Коперник

Психоделическая литература. После выпитого Я


Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
Я удивлен
head
al_kop
Алкогольная доза – решение всех бытовых и не очень, но в целом – проблем. Алкоголь в плане быта огромный успех приобрел не спроста. А ведь он, между тем, очень вреден, и мерзок на вкус.
Как-то раз я в каком-то журнале (не помню, каком) прочитал монолог. Вот ведь фраза из фраз – я запомнил ее, как была, целиком:
«Что бы стать персонажем немого кино: можно выпить по триста и затосковать; можно выпить по двести и спрыгнуть в окно; можно выпить по сто и с тобой переспать... Все меняется сразу, и доза тому – некий фактор, решающий».
Так, я о чем?
А, о том, что никто никогда никому не сказал ничего...
...Просыпается дом; начинает с хлопков укрепленных дверей и собачьего лая крутиться сюжет. Я с похмелья не дружен с походкой своей, еле-еле, на нервном, крутом вираже, прорываюсь в сортир, косяки сосчитав, и пытаюсь попасть куда надо струей... Получается плохо, но по фигу.
Встав перед зеркалом в ванной, знакомлюсь с собой – некрасив и небрит, остальное – окей – очевидно, что в целом пока что примат...
Закрепляю кассетку на новом станке, но – побриться нет сил, да и руки дрожат. Ну и ладно... Смываю блевотину с губ, чищу зубы...
Звонит телефон, негодяй. Отрываюсь от зеркала, в кухню бегу, в трубку – хрипло:
– Алло...
Отвечают:
– Митяй? Ты уже все собрал? Поспеши, нам пора.
– Все собрал. Что трезвонишь? Я скоро.
– Идешь? Хорошо. Жду. Давай.
Трубку на аппарат грубо бросив, иду одеваться.
Похож город утром и осенью на балаган, но такой, где одни лишь паяцы, и те – закулисные, злые, и их ни фига я не стал бы пускать выступать для детей. Да и взрослым смотреть представления их вряд ли стоит. И в том основная беда: город весь состоит из актеров таких, если ранние – осень и утро.
Я ждать не люблю – что заката, что сна, что метро... И поэтому жду очень часто. Всего. Дожидаюсь чуть реже, и даже порой получаю чуть больше...
Спускаюсь бегом в душный, гулкий провал, по перрону иду, понимаю, что поезд ушел только что. На скамейку сажусь – почитать ерунду, что схватил, пробегая, у входа в метро. Да, отборная чушь попадается мне...
Долгожданно звучит в стороне «ре-соль-си». Из тоннеля, подобного царству теней, выползает состав. Приложив массу сил, я встаю, и пытаюсь смешаться с толпой, чтоб попасть внутрь червя.
Мой огромный рюкзак помогает мне выиграть с давкою бой, я сажусь на скамейку и еду во мрак.
Кольцевая – как жизнь: не дойти до конца. Я рюкзак раскрываю; сцепив провода, запускаю систему разрыва кольца. И опять мне приходится маяться, ждать, но уже все осмысленней в тысячу раз: я слежу за людьми, слышу клочья бесед, замечаю движения губ, рук и глаз. Люди спорят, смеются, вздыхают... И все ощущают, хоть верить тому не хотят, что мой таймер запущен, и время идет; не умеет поток возвращаться назад, он умеет одно – направляться вперед.
Таймер где-то во мне, по-аптекарски строг, он сейчас правит миром. Безжалостен он, словно камень у трех тупиковых дорог.
Мир исчезнет так скоро, что я удивлен.