?

Log in

No account? Create an account

Александр Коперник

Психоделическая литература. После выпитого Я


Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
Ветер перемен
head
al_kop

А вот вам телега за жизнь. Я, конечно, не Юрий Шевчук, но лечить умею, почти как доктор. Доктор Кто.

Здесь, в Питере, все контрастно так, что легко растеряться. На пачках гречки в магазинах написано «греча», улицы вымощены каким-то диким образом, а местами – полностью разрыты, водители на перекрестках рассказывают друг-другу анекдоты, ожидая зеленого света. На лица уличных афиш наносят маркерами не первичные половые органы, а что-то веселое; например, третий глаз, или очки-пацифы. И постоянно дует ветер; и не бывает тихо. А если потерялся в городе, всегда можно поднять глаза вверх и увидеть какой-нибудь шпиль-купол-стену, ориентир, короче. «Сам себе секстан» – так можно назвать питерское реалити-шоу с элементами спортивного ориентирования в городе.

Ну и зонтики, конечно, зонтики. Гитарист-многого-не-надо покупал зонтик. Питерские зонтики – штука мощная. Мерри Поппинс летала на питерском зонтике. Он такой, что им можно убить. Ну, или воскресить, если постараться. Большое крыло, мощные спицы, палка-трость – настоящий «титаник» бодрой быдлствующей музыкальной интеллигенции.

А ведь зонтик – это же не просто так. Он – часть человека, в него, как в саксофон, вкладывается душа. Человек ходит с зонтиком всю жизнь. Вот он ходит в каком-нибудь Кемерово или Саяногорске, ходит, ему все в радость. Зонтик такой уютный, открываешь его – и сразу, как в одном великом рассказе, «сверху – дождь, снизу – мысли». Еще камин добавить, утреннюю «Times» и трубку, скрипку и миссис Хадсон – и прямо Лондон в душе и вокруг. И ходит человек под дождем, зонтик уже буквально знает, как льется дождь там, в Саяногорске или Кемерово. А потом человек переезжает в Екатеринбург или Красноярск, ну или даже в Новосибирск – потому что родные пенаты уже не могут покрыть все его потребности; а в такой ситуации – либо спиваться, либо сваливать, по идее. Человек не дурак, пиво не любит – он берет зонтик и сваливает. И вот, он выходит под новосибирский дождь. Ходит человек, а зонтик изучает дождь.

Вскоре человеку надоедает пересадочный пункт «Новосибирск-Красноярск-Екатеринбург», и он, наконец, попадает в Питер, где его настигает самое большое разочарование в жизни. Все происходит быстро.

Выходит человек с зонтиком в «Пулково-1», садится в страшно дорогое такси и едет – ну, куда он едет? – конечно же на Невский, потому что другого ничего в Новосибирске про Питер ему не рассказали. Да и «Чиж» прямо так и сказал: «Поезд... поезд... поезд... Увези меня на Невский». А «Чиж» не врет. На Невском же как раз идет дождик, знаете, такой, мерзкий, горизонтальный. Человек раскрывает зонтик – и ощущает дискомфорт; потому что по Невскому, кроме дождя, идет еще дикая, нереальная толпа народу, в которой «человек из Кемерово» просто ну никак не умеет маневрировать, особенно с зонтиком. Человек поднимает зонтик повыше – налетает ветер и вырывает спицы с мясом. Починить такое уже невозможно. Человеку грустно. Он... выбрасывает свой зонт. И покупает новый. Скучный, крепкий, бездушный питерский зонт.

Это ему показывает, что он уехал так далеко от дома, что уже назад – никак; «ветер перемен» унес его, и Мерри Поппинс в его голове, совсем в другой мир. И, скорее всего, без возможности пообещать вернуться.

Я пока не поменял зонтик. Правда, и под дождь еще не попадал. Но я знаю точно: мой зонтик не выдержит местного ветра. А дождь... скоро будет.

Ветер перемен