?

Log in

No account? Create an account

Александр Коперник

Психоделическая литература. После выпитого Я


Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
Путаница и Великий алхимик
head
al_kop
Химик нахимичит – не расхимичит никто.

Жил да был где-то под Питером маленький и веселый, ненапряжный Медвежонок Путаница. Квартирка у него была маленькая, но на уборку всегда уходила уйма времени – то бусинку найдет, и долго вспоминает, откуда она взялась вся такая перламутровая. То – газетку, и зачитается статьей о динозаврах. То – вспомнит вдруг, что собака не гулена и побежит на улицу.
И вот однажды, делая уборку, отодвинул он холодильник. Там оказалось много пыли, и Путаница поспешил за тряпочкой. Вернувшись с ней, он обнаружил, что под пылью спряталась книга. Непонятно, как вообще она очутилась под холодильником у Путаницы.
Он поднял ее, стряхнул с нее пыль. Книга оказалась тяжелая, толстая, с золотыми уголками. Диковинная книга оказалась. На обложке красовалась непонятная надпись, сделанная потускневшими медными буквами: «Nigredo, Albedo et Rubedo». Имени автора не было. «Наверное, – подумал Медвежонок Путаница, – имя – одно из этих загадочных слов». Он открыл книгу и прочитал: «Сей труд, попади он в руки не того читателя, сожжет тебя. Будь осторожен, алхимик».
«Алхимик! – Подумал Путаница. – Интересно, почему неизвестный писатель считает меня алхимиком?»
«Я всю свою жизнь искал Красного льва, – продолжала тем временем книга. – Если же ты не знаешь, что сие значит – отложи книгу, и забудь об алхимии».
Путаница отложил книгу. Он не знал, «что сие значит».
Страсть как хотелось узнать, что же там дальше. Но Путанице думалось, что как-то нечестно обманывать писателя и продолжать читать, не зная ничего про Красного льва. «Наверное, – думал Путаница, – алхимик – это зверолов такой. Он ловит Красных львов. И если читатель не знает про Красного льва, то и читать ему нечего. Ведь так всегда: дашь кому-нибудь не то чтиво – и пойдет он воротить дела. Но, с другой стороны – интересно же! Как же быть?»
Путаница решил прогуляться и подумать, авось придумается чего.
Он надел на собаку ошейник и вышел на улицу. В утреннем солнце острыми зубами чернели горы на горизонте. Зелень уже потихоньку начала приобретать желтоватые оттенки – осень набирала силу. Собака гоняла голубей, а Путаница смотрел на нее и думал. «Вот, например, собака, – думал он. – Вот ей алхимиком быть не хочется. И мне тоже пока не хочется, я же не знаю ничего про Красного льва – а вдруг он совсем страшный. Но ведь интересно, о чем собиралась рассказать мне книга. К тому же она уже назвала меня алхимиком, а значит, я могу читать. Но, с другой стороны, если я продолжу чтение – я обману автора, который надеялся, что уж про Красного-то льва читатель будет знать все. Или не обману?» Тут он, ясное дело, запутался.
Выходило, что он – не может читать книгу, поскольку про льва не знает. Но, с другой стороны, страсть как хотелось узнать про этого самого льва, а иного способа, кроме как почитать книгу дальше, он придумать не мог; а значит, он просто обязан книгу почитать. «Будь что будет, – наконец, решил Путаница, – почитаю». И пошел домой.
А книга уже успела куда-то деться.
Вот так Путаница и не стал великим алхимиком.